Дороти Сэйерс - Загадочная смерть [Strong Poison] (перевод Е.И. Саломатиной)

— Множество людей не умеют ухаживать за тяжелобольными, — сказала мисс Мерчисон.

— Да, но большинство людей в состоянии налить лекарство из бутылочки в стакан. Тогда Бойз не был на грани смерти — он говорил вполне сознательно и тому подобное. Я утверждаю, что Эркварт тщательно себя ограждал.

— Возможно, — сказал Паркер, — но в конце концов, старина, когда же он отравил Бойза?

— А может быть, совсем не за обедом, — предположила мисс Мерчисон, — принятые предосторожности весьма очевидны. Возможно, они были направлены на то, чтобы сконцентрировать внимание на обеде и заставить забыть о других возможностях. Не пил ли он виски, когда приехал, или перед тем, как ушел, или не виски, а что-нибудь другое?

— Нет. Бантер ухаживал за Ханной Уэстлок и даже с трудом избежал обещания жениться. И вот что она ему рассказала: когда Бойз приехал и она открыла ему дверь, он тут же поднялся к себе в комнату. Эркварта в этот момент дома не было, он пришел только за четверть часа до обеда, и впервые мужчины встретились в библиотеке за знаменитым стаканом шерри. Двери между библиотекой и столовой были открыты, и Ханна все время сновала туда-сюда, накрывая на стол, и она уверена, что Бойз пил только шерри, и ничего, кроме шерри.

— Даже никакой таблетки для пищеварения?

— Ничего.

— А после обеда?

— Когда они доели омлет, Эркварт сказал что-то насчет кофе. Бойз посмотрел на часы и ответил: «Нет времени, старина; я уже должен ехать на Доути-стрит». Эркварт сказал, что он вызовет такси, и пошел к телефону. Бойз тем временем свернул салфетку, поднялся и вышел в холл. Ханна прошла за ним и подала ему пальто. Подошло такси. Бойз сел в него и уехал, так и не встретившись больше с Эрквартом.

— Мне кажется, — сказала мисс Мерчисон, — что Ханна — необычайно важный свидетель для защиты мистера Эркварта. Не думаете ли вы — мне не хотелось бы предполагать это, — но не думаете ли вы, что на суждения Бантера могли повлиять его чувства.

— Он говорит, — ответил лорд Питер, — что уверен в искренней религиозности Ханны. Они сидели рядом в церкви и пользовались одним молитвенником.

— Но это может быть простым лицемерием, — весьма мягко против обыкновения заметила мисс Мерчисон, воинствующая рационалистка. — Я не верю этим набожным людям с вкрадчивыми голосами.

— Я привожу это не как доказательство достоинств Ханны, — возразил Уимзи, — а как доказательство отсутствия чувств у Бантера.

— Да он и сам выглядит как священник.

— Вы никогда не видели Бантера не на службе, — сказал лорд Питер мрачно, — а я видел, и могу вас заверить, что молитвенник так же смягчающе действует на Бантера, как неразбавленный виски на английскую печень. Нет, если Бантер утверждает, что Ханна говорит правду, значит, она говорит правду.

— Тогда обед и напитки можно определенно отмести, — сказала мисс Мерчисон. Она не была убеждена, но хотела быть непредвзятой. — А как насчет графина с водой в спальне?

— Черт! — воскликнул Уимзи. — Один — ноль в вашу пользу, мисс Мерчисон. Мы не подумали об этом. Графин с водой — да, весьма плодотворная идея. Помните, Чарльз, в деле Браво выдвигалось предположение о том, что недовольный слуга подсыпал винно-каменную рвотную соль в графин с водой. О, Бантер, вот и ты! В следующий раз, когда будешь держать за руку Ханну, поинтересуйся у нее, не пил ли мистер Бойз воды из графина у себя в спальне?

— Извините, милорд, но я уже думал об этом.

— Уже думал?

— Да, милорд.

— Ты никогда ничего не пропускаешь, Бантер?

— Я прилагаю все усилия, чтобы доставить вам удовольствие, милорд.

— Что ж, тогда не разговаривай, как Дживз. Это раздражает меня. Так что там с графином?

— Я как раз собирался рассказать, милорд, когда прибыла эта леди, что мне удалось выяснить некоторые необычные обстоятельства, относящиеся к графину с водой.

— Итак, что-то начинает проясняться, — сказал Паркер, открывая чистую страничку в своей записной книжке.

— В этом я не уверен, сэр. Ханна рассказала мне, что, когда мистер Бойз прибыл, она проводила его в его спальню и удалилась, как и положено. Но не успела она дойти до лестницы, как мистер Бойз высунул голову из дверей и позвал ее. Затем он попросил ее наполнить водой его графин в спальне. Ханна была очень удивлена, так как прекрасно помнила, что только что сделала это, приводя комнату в порядок.

— Он мог сам опустошить графин? — быстро спросил Паркер.

— Только не себе вовнутрь, сэр. Для этого было недостаточно времени. А также было видно, что стаканом для питья не пользовались, а графин был не только пустым, но и сухим внутри. Ханна извинилась за небрежность, немедленно сполоснула и наполнила графин.

— Любопытно, — сказал Паркер, — но вполне вероятно, что она его и не наполняла.

— Прошу прощения, сэр. Ханна была настолько удивлена происшедшим, что рассказала об этом миссис Петтикан, кухарке, а та отчетливо помнила, что Ханна в то утро наполняла графин водой.

— Что ж, — сказал Паркер, — тогда Эркварт или кто-то другой должны были вылить из него воду и вытереть его. Зачем? Что сделает человек, если обнаружит, что в его графине нет воды?

— Позвонит в звонок, — быстро ответил Уимзи.

— Или просто позовет прислугу, — добавил Паркер.

— Или, — сказала мисс Мерчисон, — если человек не привык, чтобы ему прислуживали, он может воспользоваться водой из кувшина для умывания.

— Ага! Конечно, Бойз привык к более или менее богемному образу жизни.

— Но, — сказал Уимзи, — это какой-то идиотски окольный путь. Было бы гораздо проще отравить воду в графине. Зачем все усложнять и этим привлекать внимание? Да и сомнительно полагаться на то, что жертва станет пить воду из кувшина для умывания, чего он, кстати, и не сделал.

— Но Бойз был отравлен, — возразила мисс Мерчисон, — значит, яд был или в графине, или в кувшине.

— Нет, боюсь, нам не много удастся извлечь из этого кувшинно-графинного происшествия. «Преходящее, преходящее, преходящее наслаждение» — Теннисон.

— Все равно, — сказал Паркер, — этот инцидент меня убедил. Все это как-то уж очень сложно, Уимзи прав: если человек защищается настолько тщательно, это уже подозрительно.

— Бог мой! — воскликнул Уимзи. — Мы убедили Чарльза Паркера! Больше ничего не нужно. Он более несокрушим, чем все присяжные, вместе взятые.

— Это так, — скромно подтвердил Паркер, — зато я рассуждаю логичнее. И меня не сбивают с толку выступления прокурора. Но я чувствовал бы себя счастливее, если бы получил какое-нибудь более объективное доказательство.

— Получите. Вы хотите реального мышьяка. Что ж, Бантер, как там дела?

— Аппарат готов, милорд.

— Пойдем посмотрим, можем ли мы предоставить мистеру Паркеру то, что он хочет. Веди нас, мы пойдем за тобой.

В маленьком помещении, где Бантер обычно занимался фотографией и которое было оборудовано раковиной, лабораторным столом и бунзеновской горелкой, был установлен аппарат, необходимый для проведения теста Марша. Дистиллированная вода уже булькала в колбе, и Бантер установил стеклянную трубочку над пламенем горелки.

— Вы видите, милорд, — сказал Бантер, — что в самом аппарате мышьяк отсутствует.

— Я вообще ничего не вижу, — вздохнул Фредди.

— Это именно то, как сказал бы Шерлок Холмс, что вы и могли увидеть в случае, если перед вами ничего нет, — мягко сказал Уимзи. — Чарльз, вы подтверждаете, что вода, колба и трубка не содержат мышьяк?

— Подтверждаю.

— Будете ли вы любить ее, беречь и заботиться о ней, в горе и радости — простите, перевернул сразу две страницы! Где же этот конверт? Мисс Мерчисон, вы подтверждаете, что в моих руках именно тот, который вы принесли из офиса и в котором был белый порошок из тайника мистера Эркварта?

— Подтверждаю.

— Поцелуйте эту книгу. Спасибо. Итак...

— Минутку, — сказал Паркер, — вы не проверили сам конверт.

— Правильно. Постоянно какие-нибудь неувязки. Я полагаю, мисс Мерчисон, у вас нет еще одного конверта из офиса?

Мисс Мерчисон покраснела и полезла к себе в сумку.

— Ну, у меня есть небольшое письмецо, которое я черкнула после обеда подруге...

— В рабочее время и на бумаге работодателя! — воскликнул Уимзи. — О, как прав был Диоген, когда он днем с фонарем в руках искал честную машинистку! Ладно! Давайте его сюда. Цель оправдывает средства.

Мисс Мерчисон вытащила из сумки конверт и извлекла из него письмо. Бантер, почтительно приняв конверт на поднос, порезал его на мелкие кусочки и опустил в колбу. Вода бурно кипела, но трубочка оставалась чистой по всей своей длине.

— А скоро что-нибудь начнет происходить? — спросил мистер Арбатнот. — Мне кажется, это шоу становится немного скучноватым, а?

— Если ты не будешь тихо сидеть, я удалю тебя из зала, — ответил Уимзи. — Продолжай, Бантер. Конверт мы проверили.